October 13th, 2014

Сергей Макаров

Ростислав Ищенко. Встреча в Минске и обострение "классовой борьбы"

Встречу в Минске 10 октября с полным правом можно считать геополитическим триумфом российской дипломатии в условиях тяжелейшего международного кризиса, уверен Ростислав Ищенко.



Читавшие "Краткий курс истории ВКП(б)" (ныне ставший библиографической редкостью) помнят, что, согласно учению товарища Сталина, по мере приближения к построению коммунизма классовая борьба в советском обществе должна обостряться. Кстати, судя по тому, что произошло с СССР (в каждом из обломков которого был реставрирован капитализм) Иосиф Виссарионович более адекватно оценивал действительность, чем его преемники, убравшие данное положение из многотомной "Истории КПСС" вышедшей в 1964-80 годах.
Но дело не в коммунизме и классовой борьбе. Правоту тезиса легко определить даже умозрительно. Понятно, что любая общественная, политическая, экономическая модель характеризуется устойчивыми вертикальными связями, проще говоря, любая система в политике и экономике имеет свою элиту. Реформирование или слом системы несет угрозу интересам старой элиты, поскольку любое переформатирование старого включает социальные лифты (на поверхность выносит меньшиковых, а голицины отправляются в ссылку). В такой ситуации, независимо от того, теряет ли старая элита только часть властных полномочий, или под угрозой находится ее экономическое и физическое выживание, старая элита начинает сопротивляться обновлению. Не вся. Часть ее бывает готова встроиться в новую жизнь, но часть категорически не приемлет перемены и готова бороться с ними не щадя живота своего.

Читать статью полностью на сайте РИА Новости
Сергей Макаров

Ростислав Ищенко. Ukraine-EU: Difficult Relations (статья на английском)

Варианта на русском пока нет. ((


© Nikolay Lazarenko, RIA Novosti

The association agreement Ukraine signed with the European Union in September won’t accelerate Ukraine’s integration into European political and economic institutions, for the simple reason that Ukraine has nothing to integrate. The country is collapsing in on itself, territorially and economically. The question is not how Ukraine can integrate into Europe, but who will pay to sustain it and how?


EU officials have said repeatedly, up to and including this year, that Europe had not yet chosen the form of Ukraine’s integration, let alone decided about the possibility of membership. Ukraine could follow in the footsteps of Turkey, which is integrating with the EU on paper but not in practice, but high-ranking EU officials and politicians say that membership could be discussed no sooner than in 20 years. Will the EU still be here in 20 years? No one knows, so it makes little sense to talk about Ukraine’s integration simply because it has signed an association agreement.

Collapse )